Зверев Виктор Олегович — Преподаватель Основ православной культуры и Истории мировых религий средней школы № 1992 , зам. директора Воскресной школы при строящемся храме Владимирской иконы Божией Матери с Бутово.

Доклад

Прочитанный на 12-х Международных Рождественских чтениях. Секция:»Реализация системного подхода в сфере духовно-нравственного воспитания».
«Необходимость введения курса ОПК в современную систему образования и некоторые рекомендации по этому поводу, основанные на 10-летнем опыте преподавания ОПК в городе Москве.»Необходимость религиозного и религиоведческого образования была и будет всегда! Вопрос состоит только в том, готовы ли властные структуры согласиться с этим. К сожалению, пока это происходит лишь в некоторых регионах России: Курская область, Ногинский район Подмосковья и ещё несколько локальных точек РФ.

Отказавшись от идеологии марксизма-ленинизма, общество оказалось вообще без идеологии, вернее — без положительной идеологии, без высоких идеалов и целей своего развития. Да, идеи построения коммунистического, земного рая без Бога были ложны, но даже в такой извращенной форме идея построения справедливого общества позволяла многим людям стремиться к моральному улучшению себя и общества, т.е. оставаться людьми. Да, эта была попытка заменить живое сердце народа искусственным аппаратом. Аппарат не прижился в теле нашего народа, он отторгнут им. Кажется ясно, что нужно бы вернуть снова настоящее живое сердце , но власти пока, как и раньше не хотят признать над собою власть Бога, они продолжают по сути политику большевиков, пытаясь снова построить рай на земле без Бога, теперь уже не для всех, а только для т.н. предприимчивых..

Уже все данные говорят о том, что народный организм умирает, клиническая смерть переходит в биологическую. Если в ближайшее время не будут предприняты меры по спасению народа от разложения и умирания, то, как предсказывают некоторые аналитики, к середине века в России останется не более 50 млн. коренных жителей, да и те будут морально беспомощны.

Это одна из причин необходимости возвращения веры, т.е. сердца народного в общество. Можно, конечно, снова попытаться поставить некий усовершенствованный аппарат-заменитель сердца, некую новую идеологию, разработкой которой при Ельцине вполне серьёзно занимались целые институты, но это лишь приведёт к потери времени и ускорит умирание. На православной вере воспитывался наш народ в течение 1000 лет, и только оставшись православным, он останется русским, как говорил Ф.М. Достоевский, и будет непобедим своими внешними и внутренними врагами.

Актуальность введения курса ОПК в систему народного образования обусловлена сегодня уже не столько чисто культурными причинами: желанием сохранить своё национальное лицо, остаться русскими (а не так называемыми русскоязычными) людьми, преодолеть бескультурье и невежество, озлобленность и разобщенность общества. Да, всё это верно, и только основываясь на вере в Бога можно спасти наш народ от деградации, ибо, как говорил тот же Достоевский, русский человек без веры в Бога становится хуже зверя. Но актуальность обучения ОПК сегодня обусловлена даже и чисто земными интересами нашей пока ещё далекой от Бога власти. Если она хочет сохранить единую и неделимую Россию, то надо всерьёз подумать о духовном воспитании подрастающего поколения, ибо внешнее окружение со всех сторон давно готово захватить наши земли, а кто же будет их защищать, т.е. проливать свою кровь, если главными ценностями новых русских поколений становятся деньги и земные удовольствия, а не высокие идеалы Родины и чести. Нужно помнить, что битвы выигрываются не техникой, а людьми, моральным духом народа, и только духовно сильного противника уважают и боятся его тревожить.

Можно привести множество современных примеров, когда только православная вера спасала наших солдат от смерти и страха на поле брани. Только сильные духом способны выстоять в сегодняшнем мире. Наш дух — православный, русский, неагрессивный, но твёрдый в отстаивании своей свободы, в том числе и духовной.

Актуальность введения курса ОПК обусловлена ко всему прочему и опасностью вовлечения молодых ребят в тоталитарные секты, которые используют элементарную религиозную безграмотность школьников . Это тоже должно бы заставить власть задуматься, ведь о какой единой России может идти речь, если люди будут разделены уже в своих сердцах на тысячи сект и секточек. Это просто мечта любого завоевателя. О том, что любое отклонение от Истины опасно для духовного здоровья человека и общества в целом можно и не говорить.

Для любого человека актуален вопрос смысла его жизни. А на этот вопрос отвечает лишь наука наук- религия! Не физика, не биология, не математика, не история. К сожалению, самая важная наука была изгнана в 1917 году безбожниками и до сих пор не может занять даже второстепенного места в школьной программе. Почему? Ответ давно дан самими врагами России: «После уничтожения коммунизма главный наш враг — Православие», — проболтался один из идеологов американской политики Збигнев Бжезинский. К сожалению, не только среди зарубежных, но и наших политиков есть ненавистники Православия.

Лишение детей информации о своей традиционной религии является преступлением против личности, так как непросвещенный в этом вопросе человек не знает, что ему делать при встрече с жизненными трудностями: болезнью, смертью близких, душевными переживаниями. Именно поэтому в России сейчас такое огромное число самоубийц (до 60-80 тысяч в год), алкоголиков и наркоманов. Свободу на получение и распространение информации властные структуры понимают по-своему, а владельцы СМИ превратили её в пропаганду растления молодежи через средства массовой информации, и именно они, СМИ стали по сути «воспитателями» наших детей, так как у школы воспитательную ее функцию отняли , а родителям заниматься детьми некогда, ибо они вынуждены с утра до вечера думать , как просто хотя бы прокормить семью. И вот в такое тяжелое для духовного и душевного здоровья детей время, власти так и не решаются допустить детей хотя бы к Информации об Истинных Ценностях, Смысле Жизни, ссылаясь на большевистский принцип отделения Церкви от государства и школы от Церкви, трактуя его как полное отстранение Церкви от системы образования. Но отделение школы от Церкви вовсе не означает лишение детей, большинство которых связаны с Православием, информации о своей вере и вере других народов. Никто не собирается заставлять кого-либо молиться, ходить в храмы, но , если у человека есть желание знать о своей вере, молиться, то никто не имеет права запрещать ему этого, в том числе и в стенах школы, наоборот его религиозные чувства должны охраняться Законом.

К сожалению, информационная война и принципы ее ведения ещё недостаточно учитываются нами, мы думаем, что наше общество само по себе разваливается и разлагается. Но есть те, кому это выгодно и они воюют с нашим народом уже не с помощью танков и пулемётов, а используя телевидение, радио, газеты, журналы , заполоняя собой почти все информационное пространство России. Ещё в 1945 году была дана установка директором ЦРУ Алленом Даллесом на информационную войну с русским народом, (см. Приложение) ибо, как было известно уже фашистам, изменив сознание противника, можно затем взять его голыми руками. Мы ни с кем не хотели бы воевать, но если на нас нападают, то надо давать адекватный ответ, иначе мы погибнем.

Пока же идеологическая война нами проигрывается. Даже в тех немногих так называемых русских школах преподавание Основ Православия либо вообще отсутствует, либо является второстепенной задачей. Многое, конечно, зависит сейчас от директора , его позиции, от инициативы родителей и самих православных людей, желающих вести просветительскую работу. Школа — это второе после храма место, где должны трудиться епископы, священники и миряне. Идти туда, где пока не Свет, а тьма; нести Ученье -Свет людям, сидящим во тьме навязанного им неучения-незнания Истины — к этому призывает нас Господь, об этом говорят и делают это истинные пастыри нашей Церкви.
Свой первый урок по Основам Православной культуры я провел в 1991 г., когда начал работать в школе. Надо сказать, что по образованию я не педагог, закончил МИФИ по специальности инженер-физик. В 1993 вёл кружок ОПК для учеников 5-х классов средней школы № 770 , где преподавал в качестве основного пре мета математику. Потом была работа завучем и преподавателем в Воскресной школе «Живоносный Источник». В 1995 г. попросили преподавать ОПК в средней школе № 1316 при Академии Славянской культуры. Назывался курс , правда, не ОПК, а религиоведение. Но тогда, да и сейчас называть вещи своими именами в Москве довольно рискованно из-за антиправославной позиции руководства Московского Департамента образования.

Поэтому чаще всего слово Православие в названиях курсов отсутствует. Но главное, чтобы само Православие при этом присутствовало. Было желание ректора Академии, директора школы и некоторых родителей, за которыми потянулись и остальные. Через 3 года директор и соответственно ситуация там поменялись, я вынужден был уйти, но тут же предложили преподавать ОПК в православных классах другой средней школы( № 262 ). Там инициатива исходила от спонсора, отца некоторых учеников, человека достаточно сложного, который много как помогал, так, к сожалению, и мешал нормальной работе школы. Через 3 года по причине несогласия моей позиции с установками этого спонсора и его » методиста-универсала», который не работая реально с детьми и не имея хотя бы начального религиозного образования, не стеснялся составлять программы по всем , в том числе и религиоведческим курсам, меня попросили уйти и из этой школы. После этого три года работал преподавателем ОПК в частной школе и детском саду «Эрудит», параллельно преподавая ОПК в т.н. русских средних школах: № 1148 и № 868. Везде инициатива исходила от директора или нескольких активных родителей, за которыми подтягивались и остальные. Причины ухода из этих школ связаны с изменением отношения директоров к необходимости преподавания духовных предметов, так как проблем возникает много, и решать их легче просто ликвидировав предмет. В 2002 году на базе обычной средней школы ( № 1992 ) с моим другом, настоятелем строящегося храма в Бутово, открыли Воскресную школу, которую посещают в основном невоцерковлённые, но желающие получить знания о Православии дети и их родители. В этой же средней школе веду факультатив по истории религии и ОПК.

Основываясь на этом опыте работы я и предлагаю некоторые рекомендации тем, кто на деле хочет исполнить призывы нашего Патриарха Алексия 11 и Самого Господа Иисуса Христа идти просвещать народ, и в первую очередь — детей, Светом Истины.

Некоторые рекомендации по ведению курса ОПК в средней общеобразовательной школе.
Курс должен быть включен в число обязательных предметов для тех учащихся, кто так или иначе связан с Православием ( т.е. крещен или собирается принять крещение). Прохождение курса должно фиксироваться в основном журнале или журнале дополнительного образования с разъяснением при этом учащимся важности изучения предмета в школе. Уроки желательно проводить в начале или середине учебного дня. Нужно предупредить, что факультативность и добровольность курса означает свободу его выбора учеником и родителями, но не свободу его посещения, т.е. для свободно избравших он становится таким же обязательным для посещения, как и базовые предметы. Не рекомендуется ставить этот предмет последним или вообще в отрыве от базовых предметов, т.к. дети могут уйти с последнего урока (если он к тому же ещё и не основной) даже, если он им и очень нравится. Любой серьёзный, а не игровой, курс должен преподаваться в нормальных условиях, в том числе и по времени.

Если же преподаватель поставлен администрацией в невыгодные условия, то придется с целью привлечения детей после их основной трудовой деятельности остаться ещё и на дополнительные занятия идти на введение в курс не чисто познавательных , а игровых элементов, что весьма проблематично для серьёзного предмета. В моей практике в 4-х школах я пытался вести факультатив после уроков, но результат был почти нулевой. Дети после уроков не будут изучать никакой предмет, за исключением того, который нужен их родителям. А родители сегодня далеки от понимания необходимости религиозного образования, главное с их точки зрения — это научить детей зарабатывать деньги и получить хорошую мирскую специальность. Религия здесь даже может помешать, по их мнению, так как она делает человека добрее, а сейчас надо быть жестче.

Усвоение предмета требует, особенно вначале, всяческой поддержки со стороны администрации, так как курс ОПК — новый для обычной школы, нет еще ни материального, ни методического обеспечения, преподаватели чаще всего неопытны, требуются время и повышенное внимание, чтобы курс ОПК органично вошёл в школьную программу. К сожалению, этого чаще всего не происходит — у директоров полно других проблем, поэтому преподавателю придется часто одному за мизерную зарплату выполнять огромную работу по апробации курса.

Для стимулирования процесса обучения должна быть применена система оценок обычная для средней школы. Предмет должен стать в сознании учащихся таким же необходимым, как математика, русский язык и другие. Конечно, оценки — дело второстепенное, но и их надо применять, если предмет включен в число обязательных.

Программа курса должна быть реальной, а не фантастической, учитывающей все особенности сегодняшних детей, их почти полную безграмотность в духовном отношении. Здесь важнее не четкое следование какой-то программе (особенно , если она разработана не преподавателями-практиками) , а нахождение живого контакта с детьми. Поэтому программа должна быть не перегружена информацией, особенно, если та не востребована детьми. Лучший тип урока здесь вопросно-ответный, и нужно стремиться к тому, чтобы дети задавали больше вопросов.

Часто чья-то непродуманная программа может встать стеной между детьми и учителем. В одном 9-ом классе, где дети не хотели читать Закон Божий, пришлось прибегать к «военной хитрости», когда оценка ставилась не за ответ, а за вопрос учащихся по программе, на который отвечал преподаватель, при этом дети начинали с интересом листать учебник, ища что бы посложнее спросить у учителя, таким образом усваивая то, что по сути им не было на данный момент особо интересно. Конечно, это крайний метод, попытка исправить ошибку, как я выражаюсь, программиста. В идеале нужно уметь не программу печатать, а добиваться живого интереса со стороны учащихся. Программа, конечно, должна быть, но только самая приблизительная, особенно — для старших классов. В частной школе мы со старшими детьми просто собирались за столом и беседовали о том, что их волновало. Но, к сожалению, волнуют духовные вопросы немногих, и чем старше дети, тем больше их волнуют «другие» вопросы. Я думаю, что только треть или даже меньше учащихся 8-11 классов сегодня способна размышлять о » высоких материях», так как через СМИ им навязывается определённый образ человека, далекого от религиозных добродетелей.

Классы лучше было бы делить на группы по 10 человек максимум, с целью достижения лучшего контакта детей и преподавателя. К сожалению, это сегодня невозможно, так как для ведения факультатива требуется минимум 15 учащихся, а базового курса — 25. При этом теряется личностный подход, что ведёт к потере духовных связей с каждым учеником. Было бы весьма полезно выделять наиболее способных и заинтересованных ребят в отдельную подгруппу для более глубокого усвоения курса. Тех же, кто активно мешает, нужно удалять с урока, чтобы из-за ложной жалости не повредить другим учащимся правильно, благоговейно относиться к предмету.

К преподаванию может быть допущен только опытный верующий человек, так как важно, чтобы дети получили неискаженные знания и почувствовали Православие, которое, как известно «не доказуется, а показуется». Для этого нужно взаимодействовать с Патриархией с целью привлечения таких людей в школы, реализуя тем самым на деле договор о сотрудничестве Мин. образования и Церкви. Тут недопустима дискриминация по сословному признаку, и, надо, наоборот, приветствовать участие в этой работе способных к этому священнослужителей, потому что, кто как не они лучше расскажут о Православии. Необходимо создать Центр по выявлению школ, желающих ввести у себя курс ОПК и помочь им в реализации данного желания. Центр должен финансироваться и самой Церковью, ибо эта задача так же важна, как и восстановление храмов, а выпускники духовных школ избегают работу в качестве преподавателя ОПК не столько потому, что это им не интересно, а потому что это почти никак — ни морально, ни материально не поддерживается Церковью. На одном же энтузиазме долго не проживёшь.

Надо сказать, что у меня вызывает недоумение позиция некоторых даже православных богословов, которые добровольно отказываются от необходимости православности педагогов ОПК, даже требуют от них давать только знания о православии, но избегать утверждения веры. Тогда спрашивается, а зачем вообще такие знания без веры, они будут только в осуждение детям — ибо кому много дано, с того много и спросится. Веру нельзя при всём желании навязать, но её легко можно разрушить, внушив, что ты, ученик, должен это знать и при этом не должен в это верить. По-моему, это насаждение просвещенного атеизма, который ещё страшнее непросвещённого. Даже «бесы веруют и трепещут», а тут и трепет исчезнет перед святыней. Опасно незнание, но в сотни раз опаснее только знание — без воспитания нравственности, которая без веры не может быть достигнута.

Учебные пособия должны быть проверены временем, не нужно смущаться старым их названием — Закон Божий, надо только улучшить или дополнить их иллюстративное оформление. Новые учебники даже, если они называются Основы Православной Культуры, должны применяться с большой осторожностью, так как их авторы порой ещё сами недостаточно грамотны в религиозном отношении. К сожалению, до сих пор почти нет хороших учебных пособий для разных возрастов, особенно для старшей школы, и писать их надо коллективно, с привлечением разных специалистов, особенно учителей-практиков.

Главное в обучении ОПК это не информирование, а воспитание, поэтому курс можно было бы назвать Основами Православной Нравственности и делать упор на привитие детям доброты, смирения и других положительных качеств. Хорошо при этом применять чтение и обсуждение небольших нравственных рассказов, например Бориса Ганаго. Нужно продумать, как на практике научить детей исполнению тех моральных правил, о которых они узнают на уроках, без такого практического опыта учащиеся вырастут «с большими головами, но маленькими сердцами». Это острейшая проблема и воскресных школ. Нужно приучать детей к «деланию добра», а не к рассуждению о добре. Это сложно, но только это есть христианство, ибо «вера без дел мертва».

Примерное содержание программы при непрерывном обучении с 1-ого класса для младших классов должно включать в себя элементарные знания Библии и церковного календаря, средних — истории Церкви и богослужения, старших — апологетики и сравнительного богословия(религиоведения). Но учитывая почти поголовное атеистическое воспитание детей и их родителей нужно, на мой взгляд, сначала выгрести этот мусор из сознания детей, заставить их задуматься: «а зачем я живу, в чём смысл моей жизни». Без этого приступать к изучению Священного Писания и Предания преждевременно, это будет, к сожалению, только «метанием бисера». Нужно четко определять духовный уровень учеников и не стараться дать сразу им побольше «мясной пищи», а питать их ум и сердце тем, что они способны переварить.

Если обучение начинается в старших или средних классах, то, не забывая о живом характере общения, всё же надо дать детям хотя бы самые основные сведения о Священной Истории, предварив их, как сказано выше, курсом апологетики.

Количество учебных часов на прохождение предмета желательно увеличить до 2-х в неделю, так как за 1 час добиться хорошего усвоения предмета весьма проблематично.

Курс ОПК должен быть обеспечен необходимыми наглядными пособиями, особенно в младших классах. Надо иметь под руками большое количество иллюстраций, желательно больших размеров, тогда уроки будет проводить намного легче.

Очень важно, чтобы изучение ОПК было застраховано от принудительности, навязчивости, «обязаловки». Только осознание необходимости духовных знаний самими учащимися и их родителями сделает предмет полезным и нужным. Поэтому нужно быть готовыми к тому, что поначалу желающих серьёзно изучать предмет будет немного. Но именно эти ученики впоследствии станут той закваской, которая поднимет остальных учащихся, показав им, что духовное просвещение преображает человека, делает его спокойнее, добрее и умнее.

Это только некоторые рекомендации. Нужно отметить, что, к сожалению, современная средняя школа заражена, как и всё общество, грехом и ,следовательно, неверием. Главной ценностью ещё остаётся ложно понимаемая свобода, поэтому нужно быть готовым к тому, что нас встретят не так благосклонно, как нам хотелось бы. Школа — это сегодня Больной Ребёнок, который не хочет ещё лечиться, но, если Его так и оставить, то Он может погибнуть окончательно. Лучшее лечение — это, как известно, профилактика, поэтому обучение ОПК нужно начинать как можно раньше. Если нет возможности охватить всю школьную среду, то надо серьёзно работать хотя бы с младшей школой. Также необходимо работать и в детских садах, с 4 -6 летними детьми, этот возраст вполне уже пригоден для работы с ним. Именно младшие школьники и дошкольники составляют основную массу учащихся Воскресных школ, это самая благодатная почва.

Необходимо посещать с детьми богослужения, хотя бы 2-3 раза в год, по возможности готовить их к Исповеди и Причастию. Это самый лучший наглядный урок по Основам Православной Культуры.

О более конкретных рекомендациях и наблюдениях нужно говорить отдельно. Хочется только ёщё отметить, что сама Церковь должна стать более любвеобильной, чтобы дети, придя в храм, встретили к себе доброжелательное отношение, нашли друзей, а не безразличных друг ко другу прихожан, почувствовали тепло, а не холод от них. Но это, увы, так редко бывает. И об этом им тоже надо говорить, чтобы не внушить ложных иллюзий о полном духовном благополучии Церкви сегодня. В противном случае при столкновении с реальностью человек может надолго отойти от храма.

Церковь должна стать более внимательной к внешней проповеди миру. Такие проповедники должны быть в каждом приходе, их работой должен интересоваться настоятель и община, помогать им нести это послушание на деле, так как это очень непростое служение, но часто оно никак реально не поддерживается общиной, хотя о необходимости этого говорил даже патриарх.

Хорошо, когда священник идёт на контакт с близлежайшей к храму школой и организует совместную работу по просвещению детей и взрослых. Священника больше уважают, чем простого мирянина, всё идет легче при его заботе и молитве.

Зверев Виктор Олегович, преподаватель ОПК ср. школы № 1992, зам. директора Воскресной школы строящегося храма Владимирской Иконы Божией Матери в Бутово.

Январь 2004 г. Москва.

ПРИЛОЖЕНИЕ.

Из доклада Аллена Даллеса, бывшего директора ЦРУ:

«Мы бросим всё, что имеем, всё золото, всю материальную мощь на оболванивание и одурачивание русских людей. Посеяв там хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти ценности поверить. Как? Мы найдём своих единомышленников, своих союзников и помощников в самой России. Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по масштабу трагедия гибели самого непокорного на земле народа, необратимого угасания его самосознания.

Литература, театры и кино — всё будет изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства. Мы будем всячески поддерживать и поднимать так называемых художников, которые станут насаждать и вдалбливать в человеческое сознание культ секса, насилия, садизма — словом, всякой безнравственности…

И лишь немногие будут догадываться, что происходит. Но таких людей мы найдём способ оболгать. Мы будем браться за людей с детских лет, главную ставку будем делать на молодёжь. Станем разлагать, растлевать, развращать её, сделаем из молодых циников, пошляков, космополитов. Вот так мы и сделаем.»